Круглосуточный телефон справочной ветеринарно-орнитологической службы

Москва. Госпиталь птиц +7(495)223-09-02, +7(926)608-43-46
МО г. Балашиха, Шоссе Энтузиастов д. 1, сзади ТЦ "Светофор"
Санкт-Петербург. Госпиталь птиц +7(921)771-60-31, +7(812)497-27-07
СПб, ВО, ул. Карташихина д. 12 с 11:00 до 20:00
Консультация орнитолога Москвы и СПб
+7(926)608-43-46



Балашиха - лечение собак, кошек, грызунов и рептилий
+7(495)521-84-50, 524-11-81

Отдел продаж и доставки на дома из питомника +7(925)072-65-10
Поиск




Сказки о заповеднике и о себе. Часть 1



«Природа умолкает, когда её пытают»
Гёте



Лирические отступления.

Взять в руки «перо» побудило ряд выступлений на последнем совещании руководителей заповедников и национальных парков, проводимом нашим министерством в декабре 2003 года. Волею специалистов Департамента кадров был зачислен в ряды прочих специалистов, не имеющих лесного, или биологического, или охотоведческого образования, не понятно каким путем пробравшегося в руководители заповедника. Вероятно у каждого из нас наступает момент, когда хочется рассказать своим товарищам и коллегам о своих исканиях, устремлениях, позиции, совершенных ошибках и возможностях дальнейшего развития и совершенствования. Это потребность вспомнить о тех людях, которые были рядом, с которыми проводил вечера и встречал рассвет, это не строгий научный трактат, а именно размышления о своем месте в этой системе, которая называется заповедной.

О деньгах праведных и неправедных или как я комерциолизировал заповедник.

Я не знаю, есть ли ещё в заповедной системе люди, которые работая в заповеднике занимали бы должность заместителя директора по внешнеэкономической деятельности. Именно так называлась должность, на которую меня приняли на работу 5 октября 1992 года в Хинганском государственном природном заповеднике. В дальнейшем я пытался её разыскать в тарифно-квалификационном справочнике, но тщетно. Время было такое, когда каждый «брал свободы сколько мог», когда руководителей выбирали путем голосования на собрании коллектива, когда эйфория демократии пленила умы многих. В.А. Андронов, директор Хинганского ГПЗ, взял и ввел в штатное расписание своим волевым решением такую должность. Чем мне заниматься мне никто рассказать не мог, в т.ч. и директор, поэтому после подготовки к зиме своего кабинета, я засел за изучение возможных перспективных направлений развития этой деятельности (имею ввиду внешнеэкономической), при этом раз в полчаса забегая к директору, излагал очередную сентецию пришедшую мне в голову и ждал начальственного «одобрямс». Андреич вежливо меня выслушивал, произносил несколько дежурных фраз и я с чувством собственного достоинства отправлялся к себе размышлять дальше над исконно русской проблемой «Что делать?». Некоторое разнообразие в титаническом мыслительном процессе вносило участие в сессиях районного Совета или в заседаниях комиссии по социалистической законности и правопорядку, председателем которой я являлся в Архаринском районном Совете народных депутатов, да поездки в город Благовещенск с Андроновым В.А., который был по совместительству депутатом Амурского областного Совета, благо проезд у нас был бесплатный, поезда ходили по расписанию и самолеты еще летали. В ходе этих поездок начали вырисовываться перспективы внешнеэкономического сотрудничества – появились партнеры по выездному туризму в лице АО «Амуртурист» и ассоциация экологического взаимодействия «АмурЭКО». Как ни странно, туристы из Китая не стремились в заповедник полюбоваться красотами Российской природы на территории отдельно взятого Хинганского заповедника. В ходе изнурительных переговоров АО «Амуртурист» предложил заповеднику поработать в качестве его представителя на территории Архаринского района. Заповедник полностью формировал группу «челноков» и наш представитель сопровождал её за бугор. Для организации этой работы была введена в штат отдела внешнеэкономической деятельности должность экскурсовода, которую занял Копылов В.В.. С мая по ноябрь 1993 года было сформировано 7 групп, которые благополучно с нашей помощью осуществили свою давнюю мечту – побывать за «бугром», а всего мы осчастливили 265 человек. Больших дивидендов заповеднику эта деятельность не принесла, но бухгалтерия заповедника получила 3 новых калькулятора «CITIZEN», в Антоновское лесничество приобретена бензопила «Дружба-4», автомашина ГАЗ-66 получила новый тент. Мы с Виктором были горды плодом своих деяний и счастливы без меры, что мы перестали быть рыбами-прилипалами на заповедном теле. Одновременно наш библиотекарь Люда Брыжик познакомила нас с руководством областного бибколлектора, через который мы стали получать для распространения книги.


Надо сказать, что книжный дефицит еще не был преодолен и те небольшие партии книг, которые нам доставались, почти на сто процентов расходились среди сотрудников заповедника, и лишь небольшая часть уходила за пределы заповедника с минимальной накруткой позволявшей покрывать транспортные расходы на их доставку. Благодаря этим двум коммерческим проектам под «крышей» заповедника мы стали более узнаваемы среди местного населения. Во дворе и конторе заповедника толпился народ, мешая мыслительному процессу сотрудников, а расставленные по двору машины – проезду транспорта заповедника. Хотя особо ездить уже было не на чем, учитывая износ транспорта в процессе варварской эксплуатации. Но мы стали свободными от государства, а государство стало свободным от нас, поэтому государство выделять средства на полевые исследования и охрану всяких там зверушек, пестиков и тычинок не спешило, коммерческая деятельность отдела в такой ситуации была признана не противоречащей целям и задачам, стоящим перед заповедником, а следовательно допустимой, и даже полезной, т.к. периодически директор изымал часть средств на закрытие возникающих брешей в виде ГСМ, запчастей, полевых, командировочных и т.д.


Зуд предпринимательства сидит видимо в каждом человеке, вкусившего его и не дает остановиться, будоражит мысль. По ходу дела проговаривались другие проекты по безвозмездному изъятию средств у предпринимателей в пользу заповедника. Это было время бартерного бума с Китаем. Ассоциация экологического взаимодействия «АмурЭКО» явилась одной из таких бартерных фирм, через которую в Китай шли автомобили, цемент, минудобрения, металл, а оттуда китайский ширпотреб; шубы, куртки, костюмы, кроссовки и т.д. Живых денег у ассоциации практически не было, они появлялись только после реализации товара, поэтому после долгих размышлений заповеднику была выделена «гуманитарка» в виде шуб, курток, кроссовок. А предприниматель из Благовещенска Головченко В.Г. ставший предпринимателем в результате возникновения «бартерного» бума, а до этого занимавшийся фотографией, неоднократно с экспедициями прошедший через территорию заповедника, снявший уникальную природу Малого Хингана и Архаринской низменности, чьи фотографии природных объектов украшали различные фотоальбомы, предложил заповеднику для реализации вино-водочные изделия и устройства индивидуальной защиты – электрошоковое и газовое.


Заповедник к лету 1993 года был уже зарегистрирован Малым Советом Архаринского Совета народных депутатов в качестве субъекта предпринимательства. Поэтому предложение Головченко В.Г. было принято, Дополнительно к разрешению было получена лицензия на торговлю спиртными напитками. Водочная торговля принесла народную известность заповеднику и имела неоднозначную оценку. Учитывая, что мы не стремились к сверхприбылям, то цены у нас были значительно ниже чем в Архаринском районе, разница между розничными ценами в заповеднике и районе достигала 170-250 рублей т.е. практически торговля производилась по демпинговым ценам. Это не могло продолжаться долго и через некоторое время у нас появились парламентеры от коммерческих структур с предложениями урегулировать этот диспаритет цен. Компромисс был найден: розничную торговлю по своим ценам мы производили только у себя в офисе, не выезжая в центр поселка, коммерческие же структуры еженедельно закупали у нас 15-20 ящиков водки по нашей цене, т.о. способствуя поддержанию сложившихся розничных цен. Водочная эпопея продолжалась примерно 5-6 месяцев и легла достаточно тяжким бременем на местных коммерсантов, укрепила наши позиции в коммерческом секторе. Многие коммерсанты стали в дальнейшем друзьями заповедника (когда заповедник отошел от активной коммерческой деятельности), оказывали посильную помощь в проведении различных природоохранных акций, помогали заповеднику материально, выручали в сложных ситуациях материалами, запчастями и т.д. Надо сказать, что на ежегодный праздник «День журавля» в 1997 году от спонсоров поступило более 200 миллионов (неденоминированных) рублей. В основном спонсорами заповедника стали коммерческие партеры 1993-1994 года.


Водочная эпопея имела еще один аспект – пришлось администрации в срочном порядке решать кадровую проблему, т.к. доступное спиртное, которое завхоз и по совместительству продавец Клава щедро отпускала своим под запись в черной книге, выбило из колеи многих «слабохарактерных» работников, в основном из отдела охраны территории. Водка была, есть и видимо еще длительное время, особенно в сельской глубинке, полноценным средством платежа, причем устойчивым, не зависящим от котировок курса валюты. Поэтому наша российская особенность позволила заповеднику поправить материально-техническое обеспечение, в первую очередь пополнить запасы ГСМ в лесничествах. Бартерный обмен составлял: 2000 л.ДТ или бензина – 60 бутылок водки, таким образом мы получили 2 бензовоза по 1960 л. ДТ, и 3 бензовоза бензина А-76, которые переправили в Антоновское и Лебединские лесничества заповедника. 1993 год стал первым годом постсоветской эпохи и первым годом кризиса заповедной системы. Ортодоксальные природоохранники и биологи исследователи на наши коммерческие «подвиги» смотрели неодобрительно, и важно говорили, что такие действия дискредитируют заповедное дело в целом и Хинганский в заповедник в частности. При этом они, конечно, понимали, что помочь в сложившейся ситуации они ничем не могут, но оставить без внимания столь вопиющие факты было против их совести.


Внутри самого заповедника среди сотрудников уже не было однозначного отношения к «коммерцилизации» заповедника, тем более что эта деятельность не касалась эксплуатации природных комплексов, а наоборот давала средства для их изучения и охраны. В 1993 году Хинганский заповедник отмечал свое 30-ти летие со дня образования, и празднование этого мероприятия, в том числе подарки сотрудникам, фуршетный стол, гостиница для иногородних были организованы за счет внебюджетных источников, что в какой-то мере окончательно решило вопрос о необходимости поиска дополнительных источников финансирования своей работы. Происходила ломка советского стереотипа – «меня должны обеспечивать» к пониманию «мне заплатят, если я сделаю..». Процедура эта достаточно болезненная, некоторые не выдержали этой ломки. В 1994 году ушла из заповедника главный бухгалтер Мацоцкая Т.Ф., гл. механик Овчинников В.Г., грамотные специалисты, но не принявшие «дикого» капитализма. В тоже время в заповедник пришли Копылов В.В., его нынешний директор, Тарасова Т.И., работавшая более 10 лет гл. бухгалтером заповедника, Трунов Б.Б. госинспектор охраны и много других специалистов, которые работают до сих пор. Особо хочется отметить Тарасову Т.И., которая перешла в заповедник с должности гл. бухгалтера госпромхоза, и которая способствовала становлению финансового учета и контроля в коммерческой деятельности. В дальнейшем, после ухода Мацоцкой Т.Ф., стала гл. бухгалтером заповедника, но продолжала курировать коммерческую деятельность, или как сейчас принято говорить «внебюджетные источники финансирования». Очень подробно я остановился на водочной эпопеи, т.к. до сих пор при встречах мне иногда вспоминают, что под крышей заповедника, храме природы и т.д занимался аморальным занятием – торговал водкой. Со всем этим я согласен, но стыда за свои действия и поступки того периода нет. Конечно аморально спаивать свой народ, но ещё аморальнее торговать его природными богатствами. За что мне стыдно до сих пор, даже после публичного покаяния на торжественном собрании посвященном 35-ти летию заповедника, так что за то как я представил туристический маршрут через заповедник для презентации на Лондонской туристической бирже.

В сентябре 1993 года на базе дом отдыха «Дружба» проходил международный семинар по развитию экотуризма на российском Дальнем Востоке и на ООПТ в частности. Форум был достаточно представительным, были представители Хабаровского и Приморских краев, Амурской, Читинской и Еврейской областей, зарубежные фонды, научные и общественные организации, проводила его американская организация «Вахта Байкала», которую возглавлял Гэрри Кук, американец по происхождению. На этом же семинаре присутствовал генеральный директор ЗАО «Природа России» А.Г. Никольский, который предложил мне и Андронову В.А. внести информацию о заповеднике «Хинганский» в проект, который готовился ЗАО «Природа России» на Лондонскую турбиржу. Возвратясь с семинара мною был разработан туристический маршрут «От Кундура до Амура», продолжительностью 7 дней и который проходил в том числе через заповедное ядро Хинганского и Лебединского лесничеств заповедника. С точки зрения принципов туризма – маршрут был абсолютно грамотно рассчитан, но то что он не учитывал заповедность территории – тоже абсолютно верно. Заповедные места России стали участниками Лондонской туристической биржи, к тому событию был изготовлен красочный проспект, в который вошел и Хинганский заповедник с туристическим маршрутом «От Кундура до Амура». Одно согревает, что этот маршрут не привлек внимания, т.к. не был соответствующим образом «раскручен», но что такой маршрут был и может быть кем-то когда-то воплощен в жизнь угнетает и вызывает чувство стыда за свою ошибку, а вернее сказать, некомпетентность в вопросах заповедания. Но что сделано – то сделано, написанное пером уже не вырубишь топором.

Размышления о поддержке региональных и местных властей, или как мы завоевывали власть.

Конец 1993 и начало 1994 года стали первыми кризисными годами (на моей памяти) заповедной системы. Еще продолжала по инерции действовать старая советская система снабжения. Заповедник получал лимиты на тепло, ГСМ, спирт, оружие и т.д., но уже ничего не отпускалось без расчета живыми деньгами и их приходилось выискивать правдами и неправдами. Из условия задачи было понятно – что деньги должно давать государство, но оно их не давало. Коммерциализация заповедника без вовлечения в оборот природных ресурсов приносила минимальный доход, позволяло только-только чтобы охранять и изучать. Мы перестали платить за тепло, свет, связь или платили нерегулярно, что создавало напряжение с поставщиками этих услуг, техника разваливалась, её необходимо было ремонтировать. Мы были в роли собаки, которая бегает за своим собственным хвостом. В отличие от комитетов охраны природы, которые самостоятельно распоряжались экологическими фондами или управлений лесами с лесхозами, которые распоряжались лесными фондом и собирали попенную плату, заповедники никаких фондов не имели. К вышеперечисленным фондам нас тоже не допускали, ссылаясь на наш федеральный статус. Доводы, что комитеты, являясь территориальными органами Минприроды РФ, закрывают недофинансированную федеральным бюджетом часть за счет внебюджетных экологических фондов (областного или районного) не имели никакой реакции. Наши вопли о спасении просто игнорировались. Но видимо орали мы столь оглушительно, что председатель Амурского областного Комитета охраны окружающей среды Коваль А.Т. нас услышал и предложил нам беспроцентный годовой кредит в 15 миллионов рублей. Андронов В.А. по возращении из Благовещенска поделился этим предложением, т.к. понимал, что отдавать его нам нечем. После долгих размышлений, он все же решился на этот отчаянный шаг и в сентябре 1993 года мы получили этот кредит, который позволил нам сделать капитальный ремонт 2-х автомобилей. Потом произошли октябрьские события 1993 года, старую власть упразднили, новую назначили и про этот кредит временно забыли, т.к. шло перетряхивание всех и вся ветвей власти и управления. В Амурской области губернатором был назначен Полеванов В.П.. Весной 1994 года он совершал плановый облет южных территорий области. В плане посещения стоял и Архаринский район, где собирались открыть золотодобывающую старательную артель. Кроме того, руководство района предложило администрации заповедника показать территорию, достопримечательности, обсудить с губернатором возможности развития туризма, как производственной отрасли и покормить обедом. В ходе подготовки к визиту губернатора ДЭРСУ отсыпало и отгрейдировало дорогу на один из ближайших кордонов заповедника - «Клешинский», т.к. уезжать из района губернатор собирался на автомашине, а проехать до кордона по имеющейся дороге служебной «Волге» было проблематично. Заповедник имел котловую лицензию на рыбную ловлю, Былков А.Ф. наловил рыбы, запасы спиртного в заповеднике были благодаря коммерческой деятельности, другие продукты, овощи, фрукты подкинули наши коммерческие партнеры и мы готовы были встречать губернатора и сопровождающих его лиц. Встреча с губернатором прошла весьма плодотворна. В ходе встречи губернатор сходу решил два финансовых вопроса: заму по промышленности Перетятько Н.И. было дано задание решить вопрос о кредите, который мы получили через Комитет по охране окружающей среды, а начальнику Амурского управления лесами Борисову Б.И. дано задание оказать финансовую поддержку заповеднику на развитие инфраструктуры. В течении 1994 года оба эти поручения губернатора Полеванова В.П. были выполнены, хотя некоторое «ворчание» в наш адрес и со стороны Коваля А.Т. и со стороны Борисова Б.И. было.

На осень 1994 года были назначены выборы представительного органа власти Амурской области. Коллектив заповедника выдвинул меня кандидатом в депутаты и несмотря на незначительную агитацию, все же был выбран из 9 претендентов на депутатский мандат и приступил к работе в качестве зам. председателя комиссии по экологии и рациональному природопользованию Амурского областного Совета народных депутатов. Работа в Совете позволила оказывать весомую и реальную помощь заповедникам Амурской области вообще и Хинганскому в частности. В 1995 году в бюджет областного экологического Фонда впервые была официально внесена строчка о финансовой поддержке заповедников, потом статьи расходов расширились и из Фонда стали выделять средства на содержание Станции реинтродукции редких видов птиц, экологическое образование и просвещения и т.д. Анализируя бюджет Фонда мною было обращено внимание, что значительные суммы в его бюджет не поступают. В числе крупных неплательщиков экологического Фонда числились АО «Амурэнерго» и его структурные подразделения, АО «Дальвостокуголь», АО «Зеягэсстрой» и т.д. В это же время большие проблемы возникли у «Амурского зоопарка», который возглавлял Дружин С.Б. Зоопарк выселили из здания «Амурского пассажа», т.к. он не приносил прибыли. Городские власти отдали им здание ,которое было отрезано за долги от тепла и энергоснабжения. С просьбой помочь «Амурскому зоопарку» я пришел на прием к заметителю губернатору, курировавшего природно-ресурсный блок, Лущей А.А. . Зная, что живых денег найти ни в дотационном бюджете Амурской области, ни в бюджете экологического Фонда не преставляется возможным, мы с Дружинным предложили схему взаимозачета в экологический фонд области. Для решения вопроса по тепло и электроснабжению в схему взаимозачета были включены АО «Дальвостокуголь» и АО «Амурэнерго». По схеме взаимозачета зоопарк получил более 350 миллионов рублей и смог в короткий срок подключить коммуникации и сохранить зверей. Это был первый опыт взаимозачета в экологический фонд. В дальнейшем экологический зачет активно эксплуатировался в Амурской области, в том числе и в заповедниках. Хинганский заповедник по взаимозачетам с «Амурэнерго», «Дальвостокуголь», «Зеягэсстрой», «АмурАвиа» получил товаров, работ и услуг на сумму свыше 370 млн. рублей в 1995-1996 годах. По взаимозачету заповедник получал спецодежду и обувь, автошины, строительные материалы, продукты питания, товары народного потребления.


В конце 1995 начала 1996 годов грянул второй кризис федеральной бюджетной системы, финансирование было столь мало, что мы не могли даже полностью закрыть заработную плату, поэтому образовавшуюся по заработной плате задолженность покрывали за счет полученных по взаимозачетам продуктов питания, и товаров народного потребления: посуда, стиральные машины, ковры и т.д. До выхода в свет Указа Президента и Постановления Правительства об ограничении взаимозачетов эта система активно применялась и в других Дальневосточных регионах, в частности в Приморском и Хабаровском краях. Положительным моментом было то, что, получив зачет по электрической энергии в объеме 150 млн. рублей с Амурэнерго, мы могли провести вторичный зачет уже между заповедником и поставщиком услуг связи на сумму нашего долга за услуги связи. Если на первом этапе система зачетов в экологический фонд вызывала сомнение и поэтому со стороны Правления фонда не было каких-либо ограничений, то когда прошли первые зачеты, по которым были получены «живые» материальные ресурсы, руководство Комитета, стало ограничивать этот вид деятельности для остальных организаций и расширить для себя. В 1996 году по системе взаимозачетов в областной и районные комитеты экологии поступило 20 новых автомобилей разных модификаций: Волга, Жигули, Москвич, УАЗы. Самый «экологический» автомобиль «Волга-ГАЗ-3110» красного цвета поступил в распоряжение председателя Комитета Коваль А.Т., который сразу же был окрещен острословами в «главный пожарный автомобиль Амурской области». Созданию экологических зачетов активно способствовала Администрация в лице Лущей А.А., который был заместителем главы по природно-ресурсному комплексу в 1993-1997 годах. Можно сказать, что именно Лущей А.А. дал зеленую улицу экологическому зачету. В отличие от других регионов, несмотря на прилагаемые усилия, не удалось включить в областной бюджет строчку о финансовой поддержке заповедников. В это же время финансовая поддержка заповедника за счет средств экологического фонда была защищенной статьей и средства по ней выделялись в полном объеме. Бюджет внебюджетного экологического фонда с 1995 года проходил согласование на комиссии по экологии и бюджетной, а затем утверждался на заседании Совета. В целях защиты от волюнторизма. руководителей Фонда ,поступившие средства можно было расходовать пропорционально от утвержденных статей бюджета фонда, за чем достаточно строго следила комиссия по экологии и рациональному природопользованию Областного Совета. Опыт работы областного фонда был распространен и на районный уровень, в том числе и по проведению взаимозачетов. Можно сказать, конструктивная работа с местными и региональными органами власти позволила заповеднику выжить в сложный период.

В 1999 году приступив к работе в новом заповеднике «Болоньский» в Хабаровском крае, самую первую финансовую помощь получил именно от регионального экологического фонда. Сейчас есть возможность сравнивать две региональных ветви власти и видишь разницу в отношении. В Амурской области пришлось проломить стену непонимания, прежде чем с заповедником перестали считаться как с чем-то оторванным от региона и как бы находящемся в безвоздушном пространстве. Ни один чиновник не спросил как там обстоят дела с созданием Норского заповедника, и не приложил каких-либо усилий чтобы эту проблему продвинуть, после того как усилиями Дармана Ю.А. он был согласован на уровне области. Немного по-другому относятся к своим ООПТ в Правительстве Хабаровского края, да я не оговорился – именно к своим ООПТ, в том числе заповедникам. В Краевом Правительстве не забудут спросить как обстоят дела с экологической лабораторией, перешедшей на баланс заповедника после «слияния» Госкомэкологии с МПР России и развале территориальных органов, причем не поинтересоваться походя, а оказать помощь, причем полновесным рублем, в том числе и на обновление оборудования, напомнить что следует поинтересоваться в Москве, как обстоят дела с Анюйским национальным парком. А главное, чувствуется забота и защита региональных властей, её поддержка. Для Болоньского заповедника за 4 года эта поддержка вылилась в 450 т. рублей средств Краевого бюджета, 216 тыс. рублей Краевого экологического фонда, 917 тыс. рублей технической помощи по межправительственному соглашению. Конечно не всё вот так гладко, но есть понимание стоящих проблем, есть конструктивное обсуждение, есть компромиссное решение, а главное все же это поддержка, когда ты знаешь что можешь прийти со своей проблемой и её обсудить. Не факт, что ты её решишь с ходу, а как начет нашего российского «А поговорить?». То-то и оно, что поговорить тоже немаловажно в наше-то непростое время. Что запомнилось из общения.


В 1999 году принял меня Председатель Крайкомэкологии Болтрушко В.М. Разговор примерно такой: «Ну что, явился? Иди в кадры, бери бумаги и заполняй, и приступай к работе». На мой ответ: что я шел на собеседование и мне ещё подумать надо», Владимир Михайлович ответил «А что тут думать, мы тебе доверяем, иди пиши и работай». На этом мое согласование закончилось. Через 1,5 месяца я приступил к работе. О человеческих качествах краевых руководителей, говорит один факт: с моим приходом старый директор должен уйти. Уходил старый директор по собственному желанию, но все знали о том, что его уход связан с браконьерством на территории, уголовным делом, иском и т.д. Я не знал Игоря Михайловича, но перед объездом я встретился с Крюковым В.Г., зам. министра Природных ресурсов Правительства Хабаровского края, Болтрушко В.М. – председателем Краевого комитета экологии, Куликовым А.Н. – руководителем общественной организации «Фонд Диких животных», все сказали, что надо человека сохранить, не все так однозначно как хотят представить. Через три года я понял их правоту, когда самому пришлось столкнуться с активным противодействием в законной деятельности со стороны структур, призванных охранять закон и порядок, но это уже другая история. Хочется отметить, что практически нет такого региона в России, где бы региональные и местные органы власти не поддерживали свои особоохраняемые территории. Где-то это проявляется сильнее, где-то это менее выражено, но такая поддержка есть, значить мы в какой-то мере убедили власть, что мы не оторваны от региона, мы его составная часть, мы сохраняем природу этого региона, а значит, работаем на благо людей, здесь проживающих, предмет гордости и индивидуальное отличие региона, т.к. сохраняем не только типичные, но и уникальные природные комплексы. Это внушает некоторую долю оптимизма в нашу дальнейшую судьбу – уничтожить нас потребуются некоторые усилия.

Размышления об экотуризме и не только.

Экотуризм – как форма удовлетворения потребностей человека в общении с природой процветает во всем мире и приносит даже какой-то доход. Но имеется одно большое «но» - нигде в мире нет такой формы охраны природы как заповедники, где была бы запрещена любая деятельность человека. Законодатель предусмотрел несколько отступлений, когда возможна ограниченная деятельность на территории заповедника, но «щель» настолько мала, что протиснуть в нее экотуризм с потоком посетителей и сопутствующей инфраструктурой представляется проблематичным при отсутствии волевого решения сверху. Примеров таких волевых решений хоть отбавляй. Наиболее последовательным сторонником «открытия» закрытых от народа территорий, каковыми являются заповедники, был Н.С. Хрущёв. Благодаря ему действительно трудовой народ приобщался к нашему «природному наследию» - «Долине Гейзеров», Домбаю и т.д. Посещение таких мест строго регламентировалосьь, работали туристические фирмы, выпускалась полиграфическая продукция, создавалась инфраструктура, готовились маршруты, проводились мероприятия по ограничению потока неорганизованных туристов. На мой взгляд, в СССР был накоплен хороший опыт организации эколого-образовательного или познавательного туризма, в том числе на заповедных территориях. Думаю, что эта система имела под собой научную базу по расчету рекреационных нагрузок, если мы до настоящего времени имеем возможность созерцать«Долину Гейзеров», что в Кроноцком заповеднике.
Когда к 1992 году стал ощущаться недостаток финансирования, панацеей от всех бед свалившихся на заповедники, стала разработка различных программ развития экотуризма. В первую очередь эти программы были ориентированы на вовлечение в процесс ресурсов ООПТ в основном заповедников и национальных парков. Одна из первых конференций по экотуризму была проведена в 1993 году на базе Большехехцирского заповедника. В числе её участников были и зарубежные специалисты, туроператоры, в первую очередь американцы ,которые весьма активно занимались сбором информации о рекреационных ресурсах дальневосточных ООПТ, а мы в надежде на будущие огромные дивиденды от потока эко туристов, с превеликим удовольствием её им бесплатно поставляли. Мы не знали реальной рыночной стоимости услуг и иногда работали себе в убыток. Особенно «пролетали» мы на праве съемки природных объектов, когда обеспечив 100% съемку живого объекта в природе ни заповедник, ни его сотрудники, выполнившие роль гидов, проводников, носильщиков, ничего не получали. После конференции в 1993 году Гэрри Кук, руководитель организации «Вахта Байкала» и фотограф Бойд Нортон провели 4 дня на кордоне «Клешенский» заповедника «Хинганский». Джентльменская договоренность с Бойдом Нортоном была, что он пришлет фотографии журавлей и аистов, которых ему помогли отснять в дикой природе. Прошло уже 10 лет, но обещание до сих пор осталось обещанием.
Желание пробиться на рынок туристических услуг приводило к принятию решений, никак не помещавшихся в рамки действующего законодательства. Одним из таких решений стала разработка туристического маршрута через центральную часть Хинганского заповедника, который в дальнейшем был представлен ЗАО «Природа России» на лондонской туристической бирже. Чтобы избежать подобных решений в дальнейшем в 1994-1995 г. в заповеднике стала разрабатываться программа развития экскурсионной и туристической деятельности. Базой для развития в первую очередь стал летний стационар Станции реинтродукции редких видов птиц заповедника. В 1994 году на Дальнем Востоке было создано отделение JSAR под руководством Биджей Чизхолм. Весной 1994 года заседание Совета JSAR прошло на стационаре «Клешенский». Было принято решение о выделении ГПЗ «Хинганский» 2000 США для создании полевого экологического лагеря для детей. За счет этих вообщем-то небольших средств была построена наблюдательная вышка, переход через реку Борзя к гнезду ДВ аиста, отремонтированы 2 весельные лодки «Кефаль», приобретены 5 палаток, раскладушки, одеяла, пастельное бельё и другое имущество, необходимое для нормальной деятельности эколагеря. Так стала создаваться инфраструктура для туризма и экскурсий. В дальнейшем ДВ отделение JSAR выделило целевые средства на создание эколого-образовательного маршрута «Озеро Белых птиц». Соседство с научно-производственным подразделением, каковым является Станция ренитродукции, и отдела экологического просвещения, который занимался приемом делегаций, проведением экскурсий с приезжающими в заповедник группами, очень скоро стало не возможным, в силу полярности стоящих перед ними задач. В тоже время именно журавли, аисты и лебеди были той «фишкой» заповедника, которую можно было рекламировать и любоваться которыми в природе готовы были ехать люди. После долгих обсуждений было найдено компромиссное решение по использованию озера Клешинское и находящихся на летнем стационаре Станции птиц. Было разработано и утверждено на Научном Совете заповедника Положение об эколого-экскурсионном маршруте «Озеро Белых птиц», которое включали в себя и правила посещения, маршруты движения и т.д. Хотя это не избавило полностью от конфликтов, но теперь эти конфликты можно было улаживать в том числе используя административный ресурс. Благодаря художнице Майи Валиевой маршрут был красочно оформлен. Фотография на память на фоне её красочных панно из жизни птиц стало традиционным для посетителей. Даже при удаленности от городов поток экскурсантов начал расти, в 1997 году экологический маршрут посетило около 2000 человек из Благовещенска, Хабаровска, Райчихинска, Новобуреинска, Белогорска и это при том, что, практически не было никакой рекламной компании. Высокое начальство, при посещении Архаринского района, обязательно посещало экскурсионный маршрут заповедника. Благодаря их частым посещениям удавалось поддерживать дорогу до кордона «Клешинский» в хорошем состоянии, проезжали любые легковые машины.


Бывали дни, когда через экскурсионный маршрут проходило до 160 человек, что было достаточно большой нагрузкой для отдела просвещения, т.к. примерно 1 км. экскурсии был по озеру на вёсельных лодках. Если по началу мы радовались каждой группе, то увеличение потока экскурсантов вынудило перейти к системе предварительных заявок, что позволило оптимизировать поток посетителей с учетом рекреационных нагрузок на территорию. К 1996 году утвердилось разграничение по эксплуатации ресурсов Станции ренитродукции и объектов инфраструктуры на оз. Клешенское. На летнем стационаре разрешалось проживание научных работников в т.ч. зарубежных и киногрупп, снимавших фильмы о заповеднике и его природе. Экскурсанты, посещающие заповедник, размещались на базе экологического лагеря, в охранной зоне заповедника. В день на экскурсионном маршруте возможно было принять не более 2-х групп по 20 человек. Большую помощь в разработке общей концепции эколого-туристической деятельности на территории Хинганского заповедника оказал Хабаровский архитектурно-художественный лицей в лице его преподавателей Горновой М.И., Петровой О.В., Рябковой Е.Б. Под руководством Горновой М.И. авторским коллективом была дана оценка в целом рекреационных ресурсов Архаринского района, а результаты доложены на Совещании с участием представителей органов власти района, Комитета экологии, заповедника и других организаций. Ими же были разработаны эскизы символики заповедника и предложения по их использованию на сувенирной продукции. К концу 1994 года за счет средств от собственной деятельности была изготовлена партия керамической посуды с символикой заповедника: кружки, вазы, карандашницы, чайные и кофейные сервизы. Продукция была достаточно высоко оценена на совещании, которое организовало Управление заповедного дела Минприроды РФ в связи с началом реализации проекта ГЭФ. К концу 1995 года от этой партии сувенирной продукции с символикой заповедника ничего не осталось. Планам по повторению заказа не суждено было осуществиться в связи с приостановлением работы фабрики керамических изделий. Много этой продукции уехало в Америку с учителями, которые реализовывали свои образовательные программы на территории Амурской области и были посетителями заповедника.


В июне 1997 года Управление заповедного дела, Служба рыбы и дичи США, Всемирный фонд Дикой природы, проект ГЭФ организовали международный семинар по проблемам развития экотуризма на ООПТ. Как на самом семинаре, так и в откликах на него, не было однозначного мнения о путях и методах развития этого направления в заповедниках.

 



Форма связи



Похожие записи